10Встречи с интересными людьми

оглавление | в архив | следующая статья



Михаил Белкин: "А по вечерам я сам у себя подрабатываю регулировщиком"


Михаил Белкин Теле-Спутник - 1(87) Январь 2003 г.


Михаил Белкин

Московское научно-производственное предприятие "Радиотехнические системы" прошло нелегкий путь становления. Во многом его судьбу определяла личность его создателя и директора, кандидата технических наук Михаила Евсеевича БЕЛКИНА, личность яркая и творческая, известная широкому кругу специалистов в области радиотехники.

Михаил Белкин: Вы хотите знать, как живут современные отечественные разработчики и производители радиоаппаратуры, не уехавшие и не пошедшие в торговлю? Извольте.

Для меня никогда не существовало понятие 8-часового рабочего дня. Всю сознательную жизнь. В 1971 г., после окончания Московского института связи (тогда МЭИС), мечталось сделать что-то "большое и чистое" в радиоэлектронике. И, поддавшись на обещания о широком внедрении моих идей, распределился в Службу сигнализации и связи Московского метрополитена. Как написали бы в газете, юноша из скромной интеллигентной семьи инженеров попал в суровые лапы эксплуатации с постоянным пьянством и другими прелестями. Для меня это было как триллер. Но не жалею. Занимаясь ремонтом применяемой тогда в метро допотопной радиоаппаратуры (на лампах с октальным цоколем), научился паять, на своей шкуре осознал опасность электрического тока и за пару лет ликвидировал разрыв между полученными в институте теоретическими знаниями и практикой. К тому же начал подрабатывать на переводах технической литературы с японского языка во Всесоюзном центре переводов (язык начал изучать еще в институте). Думаю и надеюсь, что сотрудники меня уважали. Во всяком случае, во время "симпозиумов" к энному количеству бутылок водки всегда добавлялась бутылка сухого для меня.

Т/С: Это хорошо, но как насчет "большого и чистого"?

М.Б.: После окончания "молодоспециалистского" стажа (тогда с этим было жестко) решил все-таки посвятить себя делу, к которому, как я считал и до сих пор считаю, у меня было призвание: разработке радиоаппаратуры. Для этого начал с нуля и меньшей зарплаты в Московском НИИ приборостроения (МНИИП) Минрадиопрома, знаменитом не только тем, что, согласно немецкой "Штерн", он являлся рассадником космического шпионажа в СССР, но и тем, что там работал барон Пистолькорс (знаете, вибратор Пистолькорса в антенной технике). Ходили с приятелями смотреть на мэтра. Сразу резко окунулся в океан иностранной технической периодики по специальности: помогло знание технического английского и японского языков. Под руководством опытного разработчика К.А. Меркурьева сумел сделать то, что раньше не получалось, и познал отличие профессионально разработанного "железа" от бытового и радиолюбительского — оно должно всегда безотказно работать в оговоренных жестких условиях.

Т/С: Насколько я понимаю, Вы работали не совсем по специальности: ведь Вы окончили МЭИС.

М.Б.: Через три года я подрос как разработчик и как технический переводчик (к переводам статей в ВЦП добавилось реферирование статей и патентов с английского и японского языков в реферативном журнале "Радиотехника" и в Патентном вестнике), и меня действительно потянуло работать по специальности, т.е. по связи. Ведь я потомственный инженер-связист (отец много лет проработал в НИИ Радио).

Перешел в Центральный НИИ связи (ЦНИИС) на разработку аппаратуры линейного тракта волноводных систем связи 8-мм диапазона. Был тогда впоследствии ушедший вид связи — по круглым волноводам. Его как раз и "похоронила" волоконно-оптическая связь. Но в 1977 г. он был вполне живой. На "вгрызание" в новую для меня технику ушло несколько лет. Участвовал в разработке своего варианта линейного тракта, настройке и пуско-наладке аппаратуры разработки киевского предприятия "Орион" и предприятия "Дальняя связь" (Санкт-Петербург), на первой в стране и последней опытной линии Перово-Балашиха (это под Москвой) — мы ее все-таки закончили.

Т/С: Наверное, это морально тяжело: потратить столько усилий на закрывшееся направление.

М.Б.: Еще работая по волноводам, сам и с помощью коллег из соседнего отдела оптической связи под руководством А.Г. Мурадяна, светлая ему память, осознал, что будущее за волоконно-оптической связью. Туда я и перешел после закрытия волноводной тематики и расформирования своего отдела. Отдел занимался цифровыми волоконно-оптическими системами передачи (ВОСП), а во мне просто зудело желание соединить свой опыт разработки СВЧ аппаратуры (я ею занимался еще со времен работы в МНИИПе) и волоконно-оптическую технику, проще говоря, передавать СВЧ сигналы с помощью ВОСП. Понимая, что в последнем я полный профан, пошел учиться на спецфакультет лазерной техники при МГУ, изучал самостоятельно оптику и оптоэлектронику по журналам и книгам.

Т/С: Что Вы выпускаете, разрабатываете?

М.Б.: Продукция самая разная, но вся по радиоэлектронике и оптике. В чем, по-вашему, особенность сегодняшнего развития российской техники? Я определяю ее разрывом связей между профессионалами. Раньше большому кругу специалистов, работающих в области СВЧ и волоконно-оптической техники, было известно, что, если клиент хочет передать СВЧ сигнал по волоконно-оптической линии, лучше всего отправить его к Белкину. Меня знали по конференциям, статьям, докладам, общению, книге, наконец. Вот вам и весь тогдашний маркетинг. Нет, на времена не жалуюсь. Считаю их полезными. Трудности только показали, кто предан своему делу, а кто нет. Многие из коллег, хороших ученых и разработчиков, просто отсюда уехали: кто в Китай, кто в Америку. Жаль. С некоторыми поддерживаю профессиональную связь, но это уже не то.

Т/С: Только список Ваших разработок занимает несколько страниц.

М.Б.: Это более 60 собственных разработок. Когда для одного мероприятия составлял этот список, сидел, вспоминал. Было и приятно и грустно одновременно. Ведь у меня более 30 лет стажа в радиоэлектронике, в том числе: 25 лет — в отрасли связи, 22 года — в области волоконно-оптической связи и 11 лет — в области кабельного телевидения. Сделано немало, но мог бы еще больше. Я занялся таким обширным, интересным, нужным людям и практически не развитым в нашей стране направлением связи, как кабельное вещательное телевидение, сравнительно недавно. Для работы в этом направлении мною при активном участии Всероссийского общества им. А.С. Попова и было создано малое предприятие под романтическим названием "Московская радиотехническая лаборатория" (по аналогии с существовавшей на заре советской власти "Нижегородской радиолабораторией", которая создала первые отечественные вещательные радиостанции). Предприятие с энтузиазмом (полезное для нового дела состояние, которое еще было в ходу у моего поколения) взялось за исследование и разработку многоканальных аналоговых ВОСП для кабельного ТВ. Но вскоре стало понятно, что время научных изысков и макетов в России ушло, и в 1993 г. фирма была перепрофилирована, название сменилось на НПП "Радиотехнические системы". Пришлось соответствовать текущим потребностям рынка. Для меня, как разработчика, это был шаг назад. Ведь совсем недавно сделал ВОСП с полосой до 4 ГГц, разрабатывал новую систему для передачи сигнала в диапазоне до 10 ГГц. Но потребители (это — военные) таких систем пропали. А тут максимум 790 МГц по отечественному стандарту. Хотя и здесь были свои серьезные проблемы, связанные с шумами и нелинейными искажениями лазеров и отражениями в волоконном тракте от фотодиодов. Как мы их разрешили — тема отдельного разговора и моей поздней кандидатской диссертации. Но в 1992 г. мы первые в стране разработали две ВОСП специально для работы в сетях КТВ.

Т/С: Можно поподробнее?

М.Б.: Одна была с ЧРК-ЧМ для еще не существовавших в хилых отечественных распределительных сетях ТВ супермагистральных линий. В ней модулирующие сигналы (изображение, звук) могли подаваться и выводиться в видеодиапазоне (например, высококачественная связь между студиями), а также в диапазоне 70 МГц (например, для подачи программ от РРЛ) и в полосе 0,95-2 ГГц (например, для подачи программ от конвертера спутникового ТВ). Более подробно она описана в моей статье в журнале "Вестник связи", 1993, № 4. Нам не удалось найти серьезные заказы на эту систему, даже когда она была приспособлена для коллективного приема и распределения сигналов спутникового ТВ.

Т/С: В чем была ее "соль"?

М.Б.: В том, что это намного дешевле, чем индивидуальный прием спутникового телевидения. С одной "тарелки" (может быть, сравнительно большой) и одного конвертера мы весь диапазон первой ПЧ "забирали" в свой оптический передатчик и могли распределять сигнал в радиусе до 20 км по волоконно-оптическим линиям.

Т/С: А почему этот вариант тоже не пошел?

М.Б.: Просто спутниковый прием у нас не развивается. Много ли людей принимает спутниковое телевидение? Хорошо, если полпроцента, а то и меньше. А коллективного приема вообще нет. Мне, например, не известно в Отечестве ни одной системы коллективного приема спутникового телевидения. Возможно, это и не слишком нужно. Потому что спутниковое телевидение задумывалось как противовес эфирному и было рассчитано на индивидуальный прием. Время показало, что программы спутникового ТВ гораздо эффективнее принимать с помощью головной станции и затем распределять вместе с другими каналами в сети кабельного ТВ. Поэтому основное внимание мы уделили совершенствованию и развитию второй ВОСП с ЧРК-АМ для субмагистральных линий распределительной сети КТВ. Первая многоканальная волоконно-оптическая система данного типа была продемонстрирована только в 1989 г. на выставке оборудования связи в Техасе, США. Мы не так уж сильно отстали. Во всяком случае, сделали раньше (и, поверьте, не хуже) любимых брэндов российского потребителя: Hirschmann и WISI. К началу 1995 г. была уже создана интерактивная система, которая позволяла одновременно передавать до 40 каналов вещательного телевидения и с помощью обратного канала: цифровую телефонию, сигналы мультимедиа. Система демонстрировалась на выставке "Связь-Экспокомм-95" в Москве, где она работала совместно с цифровым телефонным оборудованием ОАО ЦКБ "Связь". Потом в Женеве, на выставке Telecom-95, в экспозиции Министерства связи РФ.

Т/С: Признайтесь, не было ли после Женевы мыслей об отъезде?

М.Б.: Нет, серьезных никогда не было. Видимо, слишком сильны для меня понятия "родители", "Родина" и привлекательны ее просторы и потенциальные возможности. А предложений было достаточно. На той же выставке почти ежедневно обедал в ресторане за счет очередного интересанта. Предложения были связаны с переездом, а также с продажей в России и странах третьего мира своего оборудования под чужими, хорошо известными в мире лэйблами. Тогда посчитал этот вариант неприемлемым, но сейчас, судя по состоянию дел, уже не уверен в своей правоте.

Т/С: И какова судьба этой разработки?

М.Б.: После выставок был получен заказ на НИОКР от Министерства связи на создание многофункциональной системы местной связи волоконно-коаксиальной структуры (HFC). Согласно разнарядке за нами была интерактивная ВОСП, за ЦКБ "Связь" — цифровое телефонное оборудование и центр мультимедиа, за питерской компанией "Дальсвязь" — головная станция, за НИИР — общее руководство. Дошли мы до первого этапа — демонстрации оборудования "на столе". А дальше финансирование прекратилось, и каждый продолжал делать свое дело. Хотя была попытка создать опытную зону в Москве (это в 1997 г.). Было даже письмо от замминистра связи тогдашнего начальнику МГТС. Но московские телефонисты это восприняли достаточно кисло.

Т/С: В чем, по-вашему, причина?

М.Б.: Наверное, объективная причина в следующем. Говорят, в Москве это уникальная ситуация. Стоимость местной телефонной сети входит в стоимость дома. То есть телефонистам местная сеть фактически достается бесплатно. Интернет в те годы еще не был так развит. Видимо, посчитали, что дополнительная прибыль от телевидения не стоит затрат, на которые придется пойти. Сейчас, как Вы, наверняка, знаете, стараниями "Комкора" и Мостелекома в Москве появились отдельные зоны, построенные по структуре HFC. Но на иностранном оборудовании и, соответственно, с другими уровнями затрат на строительство. Например, по услышанным мной на конференции НАТ в докладе представителя Мостелекома данным, строительство интерактивного волоконно-коаксиального линейного тракта на опытной зоне в Дорогомилово обошлось Москве в $220 с абонента. Мы готовы строить на своем оборудовании аналогичные сети за $20 с абонента. И это не рекламный трюк, а доказанный результатами проектирования ряда сетей в Москве и Подмосковье факт.

Т/С: Таким образом, эта разработка тоже не пошла?

М.Б.: Я бы так не сказал. Можно говорить только о том, что она, к моему великому сожалению, до сих пор не нашла широкого применения. Да, на нашем оборудовании еще не построено ни одной интерактивной сети HFC структуры, но ведь таких сетей в России пока буквально единицы. И все они довольно мелкие. А однонаправленные (только для телевидения) многоканальные ВОСП с ЧРК-АМ нашего производства (после сертификации они стали называться МВ-600/МВ-800) построены и работают. Судите сами. Первую такую систему мы вместе с ОАО "Волоконно-оптическая техника" построили в Питере, в торговом порту еще в 1994-1995 гг. Она небольшая. Сигнал раздавался в административные здания, профилакторий, близлежащие дома. Система охватывала всего около 5 тыс. абонентов. Мы ее сдали в эксплуатацию и уехали. А потом, где-то в 1999 г., когда создавали наш сайт и описывали судьбу разработок и поставок, я написал, что первая наша многоканальная волоконно-оптическая система была поставлена в Санкт-Петербургский торговый порт, но нам ее судьба неизвестна, скорее всего, ее демонтировали. Мне так казалось, потому что с 1996 г. не было никаких контактов и ходили слухи, что эксплуатирующее систему подразделение в порту собираются расформировать. Так вот, через неделю после публикации на сайте этой информации получил по e-mail письмо, в котором питерцы писали, что я их рано "похоронил". Просто оборудование работает, и поэтому они к нам не обращались.

Т/С: Удивительно.

М.Б.: На радостях пообещал им бесплатно отремонтировать некоторые поломки непринципиального характера. После этого они снова исчезли.

Т/С: Вновь "хоронить" их не будем?

М.Б.: Не знаю. У них стоит система типа МВ-300 до 300 МГц. То есть уже давно пройденный этап… Мы готовы с хорошими скидками ее модернизировать. Дело за ними.

Ну, а потом мы работали на ВГТРК. Все четыре их здания в Москве — на Ямском поле и на Ленинградском проспекте (длина оптического тракта 1,5 км), на Шаболовке (длина 22 км) и на Мясницкой (длина 15 км) — за период с 1995 по 1998 гг. соединены нашими волоконно-оптическими системами. У них это называется "подсмотровый канал". Это служебный канал, в котором передаются 30 телевизионных программ для контроля качества и т.д. Обслуживающая команда очень за него "дрожит", потому что его смотрит руководство. Помню, какие возникали проблемы, когда нужно было во время наладки прервать передачи. И мы работали вечерами и в выходные.

Т/С: Ну и как, системы работают?

М.Б.: Да, круглосуточно. И наработка уже составляет более 50 тыс. часов. После окончания гарантийного срока нам поначалу предложили заключить договор на обслуживание, по которому мы были обязаны по первому требованию в течение 2-х часов появиться и в течение суток устранить любую неисправность. Представляю, как бы это восприняла и сколько с них запросила любая уважающая себя иностранная фирма. А мы приняли, согласитесь, такие жесткие условия, и платили нам совсем немного. Прошло полгода, и продлевать договор с нами отказались, потому что за все это время не произошло ни одного серьезного отказа из-за нашего оборудования. То есть мы вроде даром ели их хлеб. Теперь они с успехом обслуживают системы самостоятельно. Но вот обещанного развития так и нет уже почти 5 лет.

Т/С: Наверное, надо было им об этом сказать, намекнуть.

М.Б.: Пытались, пока безуспешно.

А в начале 1997 г. мы поставили свое волоконно-оптическое оборудование и участвовали в создании общегородской кабельной телевизионной сети в Архангельске. Подробнее об этом проекте написано в "Вестнике связи", 1997, № 3. Архангельск был первым и до сих пор остался, по моим сведениям, единственным крупным городом в России, который имеет общегородскую сеть кабельного телевидения. У них на весь город одна головная станция в центре, и по волоконно-оптическим линиям где-то около 15 ТВ каналов были распределены почти во все районы.

Т/С: Не секрет, что такие общегородские кабельные сети спонсируются местными администрациями. Разумеется, ни спонсору, ни оператору невыгодно появление конкурента, который может "увести" часть аудитории.

М.Б.: То-то и оно. В такой "конкуренции по-русски" и тратятся на дележ шкуры неубитого медведя немалые силы и средства, в основном госбюджетные. В результате у нас в стране нет серьезных современных кабельных сетей HFC структуры. А они нужны, именно в сегодняшних российских условиях и именно на сравнительно дешевом отечественном оборудовании. Это я говорю с полной ответственностью и везде, где могу, пытаюсь это доказать. Например, в моей недавней статье в журнале "ИнформКурьер-Связь" (2002, № 7) приведены технико-экономические результаты проектирования многофункциональной сети абонентского доступа HFC структуры в конкретном районе Москвы. Цель статьи была пригласить к дискуссии специалистов, развивающих в России другие способы построения сетей абонентского доступа, например, MMDS, xDSL. Желающих до сих пор не нашлось. И это понятно, поскольку ни один из остальных вариантов не может предложить такой набор услуг при таком уровне затрат. Подтверждение читатели смогут также найти в других статьях этого выпуска. Таким образом, HFC структура, по моему глубочайшему убеждению, — это оптимальный путь в современных российских условиях для развития кабельного телевидения, других широкополосных услуг и даже телефонной связи.

Т/С: Операторы ожидают появления спроса на дополнительные услуги кабельной сети. Тогда они обещают начать их предоставление.

М.Б.: Предлагаю самим создавать спрос. В той же статье я пишу: "Характерные особенности среднего российского абонента — невысокая платежеспособность, недостаточная информированность о возможностях современной электросвязи и отсутствие привычки, в течение долгих лет постепенно внедряемой в сознание зарубежными операторами, тратить существенную часть семейного бюджета на услуги связи. Игнорирование операторами вышеуказанных факторов при модернизации сетей абонентского доступа приведет к затруднению и значительному затягиванию процесса создания и широкого распространения в РФ современной инфраструктуры связи. А именно для построения рентабельной, быстро окупаемой местной сети в России мало пригоден путь, по которому позволили себе пойти зарубежные операторы и который пытаются слепо копировать наши. Этот путь заключается в перекладывании основной части затрат на плечи абонента, который должен дополнительно покупать дорогостоящие абонентские приставки: так называемые set-top box. Более целесообразным у нас является вариант, когда в условиях многоэтажной застройки оператор берет на себя часть этих затрат, создавая в каждом доме специальный пункт коллективной обработки информации и доставляя услуги в квартиры абонентов по традиционным, обычно уже существующим, домовым сетям. Разумеется, одновременно должна быть обеспечена возможность предоставления желающим абонентам более качественных индивидуальных услуг в той форме, как это сделано за рубежом. Такая структура сети приводит к более чем десятикратному уменьшению общих (операторских и абонентских) затрат".

Надо прививать потребителям вкус к новому контенту, пробуждать их интерес к новым услугам. А технически к экономичному строительству в серьезных масштабах таких сетей мы готовы. На сегодня у нас, помимо разных вариантов волоконно-оптических систем (подробнее см. статью в журнале "Вестник связи", 1998, № 11), разработаны принципы построения экономичной сетевой структуры, адаптированной к городским и сельским российским реалиям (описаны, например, в моей статье в журнале "Электросвязь", 1998, № 1), и оптимального проектирования таких сетей. Разработано и разрабатывается специализированное оборудование: головные станции, кабельные модемы и т.д., системы телемониторинга, экономичная биллинговая система.

Т/С: Почему же не произошло рывка? Почему стали популярны марки импортного оборудования, а не ваши системы?

М.Б.: Скользкий вопрос. Я бы не стал говорить о популярности того или иного оборудования при таких малых по стране объемах внедрения. Признаю, что у нас появились молодые, энергичные команды, которые стали довольно успешно продвигать заграничное оборудование. Сначала просто продавали, теперь и устанавливают, строят сети. Мне известны истории создания некоторых из них. Они похожи. Сколотилась группа молодых специалистов с самыми благими намерениями: заниматься разработкой и производством собственной аппаратуры в каком-то перспективном направлении электросвязи. Но знаний и опыта не хватило, а тут под боком уже готовая иностранная аппаратура: бери, продавай и зарабатывай на разнице. И не нужно постоянно тратить непомерные силы и средства на исследования, на моделирование и макетирование, на конструирование и "борьбу" с российскими заводами, на "долизывание" и модернизацию. Оставим все эти "прелести" богатеньким иностранным фирмам. Да и репутация, заслуженная у потребителей, особенно не важна — за тебя играет брэнд. Красота. Сам бы так делал, да не сумею — другая школа, другие приоритеты, короче, я из другого времени.

Т/С: Почему же тогда Вам не создать маркетинговую службу, набрать молодых и энергичных продавцов оборудования?

М.Б.: Молодых надо долго учить. На это нужны время, силы и средства, которые ограничены. Нужны профессионалы. Это слишком сложные вещи, совсем не то, что продавать какой-нибудь ширпотреб. Здесь надо разбираться в том, что продаешь. А главное, это тоже надо уметь делать. Возьмем, к примеру, наших московских ребят из "Белки", V-Lux, Universal. Меня всегда поражало, что они везде, где "запахло" заказом, оказываются раньше нас. И я понял, что, хотя наши системы в 2-3 раза дешевле иностранных, в таком режиме работы я проиграю: шустрость не та. Мне надо заниматься своим делом: разработками. И начал искать еще одну нишу, которая "беготни" не требовала бы. Во всяком случае, не в такой степени. И такая ниша нашлась. Сейчас еще существуют небольшие заказы по волоконной оптике, в основном из практичной Беларуси и из регионов. Но преимущественно предприятие работает по заказам МПС — занимаемся разработкой, производством и установкой в железнодорожных вагонах поездных систем кабельного телевидения и служебной цифровой телефонной связи между бригадиром и проводниками. К примеру, уже изготовили и поставили 5 комплектов головных станций, под тысячу кресельных УКВ-ЧМ приемников (устанавливаются в подлокотник каждого кресла в вагонах салонного типа). Работы хватает. С производственными кадрами, как уже говорил, напряженно. Поэтому по вечерам приходится самому у себя подрабатывать регулировщиком. Вот Вам особенности бизнеса мелкого российского производителя высокотехнологичного оборудования.

Т/С: Есть ли перспективы у отечественного производителя?

М.Б.: Я по натуре оптимист. Другие сейчас не выживают. Но чем старше становлюсь, тем больше одолевают сомнения. Я просто не вижу перспектив отечественной отрасли связи, как и других наукоемких и высокотехнологичных отраслей. Я не вижу востребованности в нашей стране науки, уважения и желания на деле помочь честному отечественному производителю, не вижу достойной смены, которая стремилась бы сама что-то разрабатывать, производить. Плохо это, уважаемые писатели и читатели.

Беседовал Роман МАГРАДЗЕ.



 
Теле-Спутник Январь 2003
наверх
 



Уважаемые посетители!
В связи с полной реконструкцией Архива, возможны ситуации, когда текст будет выводиться не полностью или неправильно (отсутсвие статей в некоторых номерах это не ошибка). Если заметите какие-то ошибки, то, пожалуйста, сообщите нам о них. Для связи можете воспользоваться специальной формой:

Номер журнала: *
Страница: *
Дополнительные сведения: *
Желательно четко опишите замеченную проблему - это поможет быстрее ее решить.
Мы не отвечаем на вопросы! Их следует задавать на нашем форуме!
Антиспам: * Нажмите мышкой на синий квадрат:


Поля, помеченные звездочкой (*)
обязательны для заполнения





Новый сайт